Мысли по пути из Флоренции в Киев

Главный редактор журнала Harper's Bazaar-Украина Наталья Гузенко делится своими самолетными заметками.

Обычно я не пишу в самолете. Вернее, я не делаю это на компьютере. Мне кажется, что на борту намного романтичнее записывать свои идеи в блокнот. Мысли за облаками в голову приходят короткие, емкие и верные. Хорошо! Потому что писать от руки я почти разучилась. Как тут не вспомнить жену Льва Толстого, несколько раз переписавшую для мужа «Войну и мир». Какая самоотверженность! А ведь это был даже не ее роман.

Но на сей раз мне не отвертеться. Дэдлайн для jetsetter. Выходит, что я сочиняю свой самый джетсеттеровский блог из всех ранее произведенных мною на свет. Но как зафиксировать место рождения первенца? Никогда не узнаю. Я на пути из Флоренции во Франкфурт. Подо мной облака, темно, ничего не видно. Интересно, если все рожденные на кораблях становятся поданными Ее Величества королевы Великобритании, то чьими гражданами будут рожденные в воздухе?
Мне хотелось бы сказать, что Флоренция меня покорила. В который раз. Но все не совсем так. Я оказалась покорена силой человеческого желания, или тем, что англоговорящие называют passion.

Конференция для прессы, которую организовала сеть luxury отелей Four Seasons, превратилась в нечто большее, чем просто завязывание нужных контактов. Всех гостей погрузили в особый мир. Мир людей, для которых, как говорил Мокий Парменыч Кнуров Ларисе Огудаловой, «невозможного мало». И вовсе не потому, что у них много денег, как у вышеупомянутого персонажа. Вернее, не только поэтому. Они просто не боятся следовать своим самым смелым предчувствиям, мечтам, «подставляя» под них уверенную базу в виде достойных капиталовложений, хорошего бизнес-плана и отменного вкуса (отсутствие последнего, как известно, is a dangerous thing).

Вот мы беседуем с Радо Арора, генеральным менеджером «Беверли Уилшер», того самого отеля, в котором Джулия Робертс и Ричард Гир так достоверно сыграли современную сказку о Золушке. Узнав, что я не успела позавтракать, Радо сразу же кладет половину своей порции на мою тарелку и рассказывает о том, как его поначалу приняли за сумасшедшего, когда «старичка» отельного бизнеса он захотел превратить в одно из самых посещаемых мест в Лос-Анджелесе. Его история (хотя речь и идет о десятках миллионов долларов инвестиций) похожа на истории всех тех людей, которые грезят о большем и стремятся к таким далеким горизонтам, что поначалу кажутся безумцами. «В открытом мною ресторане Cut теперь полно знаменитостей. Поэтому мои костюмы должны быть идеальными! – смеется Радо, когда я отмечаю, как стильно он одет. – Кстати, как только вернусь из Флоренции, иду на коктейль с Шарлиз Терон. Дорогая, тебе непременно нужно навестить меня в Лос-Анджелесе».

Таким же «ненормальным», как Радо, был и Леонардо да Винчи, вскрывавший по ночам в каком-то флорентийском подвале трупы, чтобы как можно лучше изучить анатомию. Такими же сумасшедшими кажутся люди, которые выращивают трюфели или производят тосканское кьянти и в мельчайших подробностях рассказывают о своем деле. Такой же «помешанной» оказалась и директор спа-центра при отеле, поведавшая мне о том, как она, коренная тосканка, вела переговоры с местными производителями натуральной косметики и масел, как учила их создавать именно то, что нужно для спа-процедур.

Нет разницы, чем заниматься. Страсть – это желание выпекать тающие во рту круассаны, строить красивые дома, готовить вкусные блюда. Страсть – это жить в настоящем моменте, всегда отдавать делу часть своей души. А ее ведь у нас, у славян, много.

Но, увы, нас научили жить сегодняшним днем в самом ужасном понимании этой фразы. Дословный перевод – «После нас хоть потоп». Все, что бы мы ни делали, не имеет отношения к созданию традиции, ее поддержанию… Здесь я вынуждена прерваться. Стюардесса вежливо просит меня закрыть ноутбук. Мы идем на посадку.

И вот я на борту другого самолета. На этот раз мой маршрут – Франкфурт–Киев. Вместо двух очаровательных немецких старушек с предыдущего рейса рядом со мной оказывается финансовый консультант из Амстердама.

«Вас не будет беспокоить, если я повешу здесь свой пиджак?» – интересуется он. «Только если он не кусается», – отвечаю я. Сосед смотрит на меня вопросительно. «В прошлый раз на рейсе в Киев на кресле рядом со мной сидела собака, – объясняю я со смехом. – Так что если ваш пиджак не кусается, пусть висит». Сосед спрашивает, кто я и откуда. И мы каким-то образом переходим на разговор об украинцах. Он нас не осуждает и не высмеивает, нет. Мы ему очень симпатичны. Но я говорю, что считаю нас не вполне адекватными. Почему? Нам нравится быть беспомощными и зависимыми и разводить руками: мол, а что мы можем сделать. Нам легче изворачиваться, чем решать. А как же та самая passion, мощный поток, который пробьет любые стены? Быть морально и материально изнасилованными нам кажется приемлемее, чем ощутить в себе силы для созидания. Можно ли нам себя в этом винить? И да и нет.

Нет, потому что на протяжении столетий нас пытались оторвать от корней. Сделать не-украинцами. Никем. Я понимаю, что для внучки той, которую чуть не съели в 1933-м, я живу прекрасно. Мой прадед умер после окончания голодомора от истощения, глядя на снопы пшеницы, которые занесли в хату по его предсмертной просьбе. Но сегодня, в 2010-м, мне, сытой и ухоженной, не хватает ощущения, что в Украине есть прогресс. Какой бы успешной ни была я лично, мощь страны проверяется по ее самому слабому звену. И пока наши дети будут бездомными и проданными на органы, пока наши молодые женщины будут менять «утки» под престарелыми европейцами, в то время как их собственные пожилые родители нянчат в Украине оставленных без матерей сыновей и дочерей, пока... Продолжите этот список сами.

Но несмотря ни на что я люблю свою страну. Я ее уважаю безмерно за все то, что она перенесла, и наперекор всему выжила. Но до каких пор над нами будут кружить черные вороны голодомора? До каких пор в наших ДНК будет гнездиться ужас быть расстрелянными, изгнанными, лишенными человеческого достоинства, а иногда и жизни?

Поэтому, да – мы виноваты. В том, что позволяем нашему прошлому над нами довлеть. Ужасы, которые въелись в наши гены, необходимо перебороть вопреки всем тем, кто стремится их в нас усилить. Пора перестать быть жертвой: она, как известно, всегда найдет своего палача. Иначе ни о какой passion (а значит, и о позитивных переменах) речи быть не может. Невозможно быть страстной с насильником. Невозможно быть страстной жертвой. Невозможно быть страстной без понимания того, кто ты есть, где твой дом, где твое сердце. Невозможно жить, не уважая себя. НЕ-ВОЗ-МОЖ-НО. 

Мнений 32

Царство ароматов

 Главный редактор журнала Harper's Bazaar-Украина Наталья Гузенко об ароматах в своей жизни и индустрии продаж.

Зимой, когда холодно и рано темнеет, погружаясь в горячую воду в ванной, я переношусь в радостные «картинки» своей жизни. В этот раз почему-то вспомнилась летняя поездка в Грасс и Париж. Итак…

Наследник семейства парфюмеров, Сириан Фабр, стоял передо мной в парижском магазине Fragonard. Среднего роста, изящный, стройный как тростинка, с густыми темными вьющимися волосами, чуть взъерошенными после долгого перелета из Японии, – воплощение истинной французской мужской элегантности. Он вполне мог бы заменить Луи Гарелля в «Мечтателях» Бертолуччи.

«Вы же знаете, у нас больше нет “носа”, – без тени сожаления сказал он. – Сейчас иные времена, редко у кого они есть. Легче нанять профи для составления конкретного аромата… А вы хорошо говорите по-французски. Шампанского?»
В то чудесное солнечное летнее утро ни шарм Сириана, ни шампанское, которое, по словам мадам Помпадур, «наилучшим образом действует на красоту женщин», не вскружили мне голову. Я потеряла ее совершенно по другой причине. Я оказалась в царстве ароматов!

Музей Fragonard в Париже

Вообще-то я визуал, но запахи будоражат мое воображение и чувственность. На какое-то время я даже могу потерять всякую осмотрительность. С запахами, думаю, у каждого человека связано множество воспоминаний. Или неожиданных поступков. Однажды на улице я прошла квартал за мужчиной, от которого доносился аромат моего любимого мужского одеколона…
Я с детства помню запахи постельного белья, в которое, пока оно хранилось в шкафу, моя бабушка клала мешочки с травами и ароматные (как мне тогда казалось) гэдээровские мыльца. Я помню запахи аэропортов, в которых мне пришлось побывать (к сожалению, в их число входит и прокисшая удушливость «бориспольского» попурри).
Ароматы давно играют важнейшую роль в индустрии продаж. Подберите для своего бутика правильный – и торговля пойдет успешнее.

Парфюм же расскажет все о вашем вкусе и статусе. Вот и забавная история на эту тему. Состоятельный украинский мужчина, неопределимого возраста и комплекции, выбирал себе одеколон. Все перенюхал и, наконец, остановился на диоровском Fahrenheit. Когда измученная девушка-консультант поинтересовалась, почему он выбрал именно этот, мужчина ответил: «Хороший аромат. Пахнет новым “лексусом”».

Верхом неприличия в приличных кругах считается благоухать растиражированными парфюмами. Поэтому истинные модницы и модники и по-настоящему богатые люди пользуются нишевыми ароматами. Такими, чтобы «ни у кого такого не было». Более того, некоторые ароматы – именные, и создаются лишь для одного человека в мире.

Кстати, создать свой именной парфюм можно в музее Fragonard в Грассе, столице французской парфюмерии. Именно туда я заехала до того, как отправилась в Париж.

Музей парфюмерии в Грассе.

Уж очень хотелось попасть в город, в котором смазливый и жестокий парфюмер убил и украл запах у своей последней прекрасной жертвы. Думаю, что именно поэтому музейный экспонат в виде лотка со свиным жиром и съежившимися на нем цветами жасмина произвел на меня неизгладимое впечатление. Впрочем, сейчас никто не использует процесс мацерации (именно так называется «отнятие» аромата у цветов с помощью помещения их в животный жир). Уже давно применяют совсем другую технологию.

Так проходил процесс мацерации.

Здесь я узнала, что парфюмерная индустрия – побочный продукт кожевенной. Оказывается, кожаные перчатки, которые изготовляли в Грассе для французского королевского двора, были настолько зловонны, что пришлось искать способ избавиться от отвратительного запаха. Так в Грассе появились первые парфюмерные фабрики. Говорят, что у людей, проживающих в этом городе, особое обоняние, можно сказать врожденное.
Еще я узнала, что до восшествия на французский королевский престол итальянки Екатерины Медичи парижские аристократы ни сном ни духом не ведали о парфюмах. От королевы Марго, по свидетельству очевидцев, несло прогорклым салом.
Любопытно и то, что изначально парфюмы продавались на разлив, и каждый приходил к парфюмеру со своей бутылочкой. Их изготовление стало своего рода искусством, а «серийные» образцы появились лишь в начале XIX века. Долгое время не существовало и разделения ароматов на мужские и женские. Наполеон, например, благоухал фиалками.
Ароматную тему я могу продолжать бесконечно. Но вот мой совет: если вы отдыхаете на Лазурном берегу, непременно съездите в Грасс. Получите огромное удовольствие и узнаете массу интересной информации. Или просто зайдите в магазин Fragonard в Париже, что возле Оперы.
 

Мнений 19

О Родине

"Перемен!" - требует главный редактор журнала Harper's Bazaar-Украина Наталья Гузенко

Как относиться к цикличности? Хорошо. Есть какая-то закономерность событий, действий и поступков. Цикличность – это своего рода дань традициям и привычкам. Мы выбираем лучшее и повторяем понравившийся опыт. Любые повторяющиеся действия несут в себе некий заряд приятной определенности, спокойствия. Каждая женщина, к примеру, знает, насколько важна в ее жизни цикличность. Но не зацикленность.

Зацикленность – это когда, например, каждые пять лет после выборов президента ты чувствуешь себя дураком. Или когда не прекращаешь звонить в звонок, в то время как тебе уже открыли дверь. Или когда тебя отвергают, а ты настойчиво продолжаешь свою любовь предлагать. Зацикленность – это болезнь, поломка. Шестеренки (или что там) вращаются, прокручиваются, а машина буксует, не выполняя своего основного предназначения – движения. Предполагается, что вперед.
 

И хотя слова эти однокоренные, смысл у них диаметрально противоположный. Именно поэтому я очень хочу, чтобы наша страна в который раз не впала в состояние зацикленности. И мы не начали вновь проживать все то, что уже сто раз прожили. Я хочу, чтобы завтра был день новый, а не забытый старый. В конце концов, я хочу «выездной» паспорт!

Я искренне считаю, что зацикленность изматывает, истощает, делает нас глупее и старше. Рамки такие узкие, что негде развернуться, некуда деться, сложно дышать. Клаустрофобия, асфиксия, кома неизбежны.

Вчера за ужином с моим близким другом мы обсуждали значение метафор. У меня есть одна по теме. Моя подруга, командированная в качестве бизнес-консультанта на какой-то российский мясокомбинат, рассказала мне историю, связанную с ее работой. Итак, тушу, скажем, коровы, вначале разделывают на части – на стейки, суповые наборы, мясо для колбасы и прочее. Все – по предназначению, согласно ГОСТу. Но на какие бы части ни разделяли тушу, всякий кусок мяса, если он не соответствует стандартам своей категории, рискует превратиться в фарш. Вот я и думаю, если мы пойдем на повторный энный круг нашего житья-бытья, не соответствующего стандартам европейского общества, во что рискуем превратиться?
 

Мнений 28

Новогодняя, деревенская, итальянская

Главный редактор журнала Harper's Bazaar-Украина Наталья Гузенко рассказывает о новогодних приключениях

Пустая голова. Самое желанное состояние, с которым я хочу возвращаться из отпуска. ПУСТОТА – это всегда НАЧАЛО. В ней всегда все ясно, все чисто, все возможно. И она всегда ДОЛЖНА заполниться чем-то новым.

В Киеве сложно освободиться от накопившегося интеллектуального и эмоционального хлама. А после правильного отпуска все получается как в детской поговорке – «стерто-стерто». В пустоте мы начинаем лучше слышать себя. А это, кстати, бывает не всегда легко. Ведь то, чего мы на самом деле хотим, может идти вразрез с тем, как мы привыкли жить каждый день. Но если пустоты не бояться, если замереть и прислушаться, то мы услышим самую прекрасную музыку – своей души. В моем случае путь к гармонии лежал через народные итальянские танцы. Кто бы мог подумать!

Но это сказка. Сначала присказка.

Где были вы в новогоднюю полночь? Я из-за опозданий вылетов самолетов из Борисполя оказалась в пустой закусочной на автостраде по пути из Бари в Сант-Агату ди Пулья. Вместо «Вдовы Клико», которую я предусмотрительно купила в киевском дьютифри и которую при пересадке в Риме сотрудник аэропорта бессердечно выбросил в мусор, мы с моим другом Франко и продавцом из AutoGrill пили дешевое spumante. Оказалось, что «Вдова» – лишь малая потеря. В Риме мой чемодан попросту не успели «пересадить» на рейс в Бари. В последующие два с половиной дня пришлось довольствоваться малым – тем, что было на мне. «От звезд в конюшни», – смеясь, прокомментировал итальянской поговоркой мою ситуацию Франко.
Впрочем, хочу сделать отступление: не все было так ужасно. Кое-что хорошее произошло. И не просто хорошее, а волшебное! При перелете из Киева в Рим я призналась вышедшему посмотреть на пассажиров пилоту самолета, что хочу научиться летать. И он незамедлительно пригласил меня в кабину. Так что весь путь от украинской столицы до итальянской я проделала рядом с двумя авиакапитанами! Случайное стечение обстоятельств всего спустя несколько дней после того, как я заявила, что хочу сесть за штурвал? Ха, как бы ни так! Воистину, громко заявляйте о своих желаниях и обрящете то, о чем просите.
Теперь я точно знаю, что всем – от взлета до посадки – в самолете управляет компьютер; что если сверкает молния, свет в кабине должен быть включен, чтобы не ослепнуть; я знаю, что выясняют пилоты с авиадиспетчерами каждой страны, над которой пролетают; я знаю, как это – нестись на «Боинге» навстречу облакам. Бог мой, я пила кофе и болтала с двумя пилотами в кокпите на высоте 10 000 метров! И как нереально было видеть, что по приземлении, один из них открыл боковое окно и закурил, как за рулем автомобиля, выставив руку на улицу. Я до сих пор готова визжать от восторга!

Что же касается моего совершенного доверия к моему другу в вопросах организации маршрута, то после прибытия в Италию я пришла в ужас. Поверьте, прилететь в новогоднюю ночь и узнать, что ты отправляешься в деревню, пусть и итальянскую, на фестиваль народных танцев, – это что-то. Для урбанистического эго – громкая пощечина. Я буду танцевать тарантеллу?! Без смены одежды, без предметов гигиены, знания итальянского и даже пижамы?! Как я буду жить? Для человека в должности главреда модного журнала это был вызов.
И тем не менее. Если жизнь дает тебе одни лимоны, сделай из них лимонад. Глянцевые шкурки быстро слетели (собственно, они попросту не прилетели). В последующие три дня в Сант-Агате я обзавелась парой десятков новых знакомых, кастаньетами (с ними исполняются все танцы), одеждой для сна, зубной щеткой, пакетиками с шампунем и гелем для душа, обучилась новым па и фразам на итальянском.
Народ, съехавшийся из всей Италии и даже Франции и Голландии, плясал днями и ночами. Тарантелла во всех ее разновидностях, пиццика, таммуррьята (моя любимая!), буре, мазурка, джига, сарабанда… Танцы, музыка, песни и в завершение – карнавал. Атмосфера в деревне царила самая душевная. Однажды, потеряв своих друзей из виду, я отправилась на поздний завтрак, состоящий из корнетто кон крема и капуччо. Выйдя из бара и встретив парней, с которыми вчера я и мои приятели ужинали, пели песни и танцевали, я ответила на приглашение пойти пить пиво, потом обедать, потом танцевать, потом мы нашли моих друзей и отправились ужинать. В Киеве я в основном представляю из себя самонаводящуюся ракету, в Сант-Агате же я превратилась в бильярдный шар и с удовольствием катилась туда, куда меня несло.

Перед отъездом в Неаполь я, наконец, получила свой чемодан. Но теперь это был лишь приятный бонус. Я поняла, что могу быть счастливой в одолженной пижаме и пользуясь шампунем для блондинок. Для настоящего счастья все это не имеет никакого значения. Все самое важное в жизни помещается в сердце.
Песней моего пребывания в Сант-Агате стала тарантелла дель гаргано. Кстати, в отличие от исполнителя на youtube, которого я могу вам предложить (плиз, слушайте не глядя на заставки), настоящие сельские певцы поют пронзительными голосами. Зачем? Оказывается, зачастую парень исполняет песни, посвященные возлюбленной, не перед домом девушки, а на некотором расстоянии (во избежание рукоприкладства со стороны семьи потенциальной невесты). Поэтому-то голос певца должен быть слышен по всей деревне. Ниже помещаю тарантеллу дель гаргано и перевод с какого-то южного итальянского диалекта.
Времена идут, но не меняются… Мужчины по-прежнему выражают свою любовь к женщине при помощи дорогих подарков. Интересно, почему? А строчка о саде из роз не напомнит ли вам «Миллион алых роз»? Упоминание о певчей птичке мне особенно понравилась. Очень трогательно. Надеюсь, что современные мужчины не забыли о том, что нужно услаждать слух любимой женщины. Мы ведь тоже со времен появления тарантеллы практически не изменились.

Как мне доказать, что я люблю эту женщину?
Чудесным садом из роз я окружу ее.
Чтобы она полюбила меня,
Посредине прекрасного фонтана
Я положу чистое золото и драгоценные камни,
Посредине прекрасного фонтана
Там, где звенит вода.
Но над всем золотом и драгоценностями
Я посажу певчую птичку.
Она споет и умолкнет,
Лишь бы ты усладила свой слух.
Я и сам стану певчей птичкой,
Чтобы, о, Мадонна, мечтать с тобой, когда ты рядом со мной.

Мнений 2

Хочу летать

Главный редактор журнала Harper's Bazaar-Украина Наталья Гузенко учится летать

На прошлой неделе мой приятель Денис вдруг объявился из ниоткуда и сообщил, что где-то во Флориде учится летать на самолете. Более того, для него в Америке уже «собирают» самолет категории «легкая авиация». Денис – не олигарх. Просто у него есть мечта. Когда прошлым летом мы с ним «летали» на мотоцикле по Киеву, я подозревала, что рано или поздно он захочет пересесть за штурвал. Но совсем не предполагала, что подобное желание посетит и меня саму. А тут после разговора с Денисом я отчетливо осознала, что хочу стать пилотом.

Пока что, правда, я к этой идее привыкаю: интересуюсь летными школами у нас и за рубежом. Уж очень неожиданным оказалось мое желание. Впрочем...

Я всегда зачитывалась книгами и засматривалась фильмами, в которых отважные люди поднимались в небо. Только в детстве все это казалось чем-то нереальным. Особенно для девочки. К тому же рожденные в 1970-е уже не стремились покорять небеса и галактики так, как дети 1960-х. Поэтому на вопрос: «Кем ты хочешь стать, когда вырастешь?» мои ровесники не отвечали: «Летчиком-космонавтом». Это звучало глупо.

Однако в 1998 году в Америке, во время учебы в университете, жизнь подкинула мне интересную ситуацию. Я спросила у своего новоиспеченного знакомого: «На кого ты учишься?» И он ответил: «На астронавта». Джон ездил на мыс Канаверал, запускал какие-то спутники или датчики, прикрепленные к ракетам, проходил практику в NASA, а мне все казалось, что ТАКОГО не бывает. Ну не бывает. Нельзя вот так просто стать астронавтом. Юрий Гагарин мог, а Джон Забыла-его-фамилию из штата Алабама не мог. Но, как выяснилось, не могла я. Поверить.

Так что прежде чем поднимусь в небо за штурвалом, я избавлюсь от мыслей, что я чего-то там не могу. Как и всякий разумный человек просто буду действовать по обстоятельствам. Когда знаменитую американскую летчицу Амелию Эрхарт спросили, почему это ей, женщине, вздумалось летать, она ответила: «Я хочу быть свободной». И добавила: «Жизнь – нечто большее, чем путешествие на пассажирском сидении». Кто не согласен?

Если учесть, что это было сказано почти сто лет назад, то не летать на самолете сегодня – все равно что не уметь водить машину. Можно, но скольких возможностей мы в таком случае лишаемся! Предвижу возражения: мол, зачем подвергать свою жизнь опасности? Ведь существует масса виртуальных способов получить тот же опыт, буквально не отходя от компьютера.

Есть и примеры, иллюстрирующие эту точку зрения, – из мира кино. Но вот что интересно: от «Матрицы», где человечество страдало вроде бы как по незнанию, мы перешли к «Клонам», к ситуации, когда люди сознательно отходят от реального жизненного опыта и просто смотрят картинки, удобно устроившись в кресле.

Только вот заполнять свою жизнь суррогатами по желанию – это, как по мне, какое-то малодушие, какой-то экзистенциальный абсентеизм. В общем, я уже сплю и вижу, как буду парить над землей...

Для тех, кому sky is not the limit, уже есть предложение и покруче. Полеты космические.

Ричард Брэнсон всегда поражал меня масштабностью мышления. Его сегодняшняя затея – отправлять туристов на орбиту –привлекает все больше желающих. Посмотреть симуляцию космического полета от взлета до посадки можно здесь:

То, что каждый из нас может со временем вознестись за пределы атмосферы, стоит осознать уже сейчас. Я лично мечтаю испытать то, что испытал Юрий Гагарин! И готова подняться ввысь как в кресле пилота самолета, так и на пассажирском сидении в Virgin Galactic. Надеюсь, что тогда я наконец-то поверю Джону. :) 
 

Мнений 2

Невыносимая легкость бытия по-украински

Главный редактор журнала Harper's Bazaar-Украина Наталья Гузенко ищет честность в любви, негодуя по поводу молодящихся народных депутатов, их нерешительных жен и несмышленых любовниц.

Хочу сесть и написать петицию в Комитет небесного зайца и седовласого старца, которые, согласно китайской легенде, при рождении соединяют сердца мальчика и девочки красной нитью, чтобы впоследствии те не потерялись, отыскали друг друга и жили долго и счастливо. Но то ли клубки запутались, то ли проблемы на коммутаторе, то ли заяц и старец плохо понимают по-русски – все пошло черт знает как. По крайней мере, у нас в стране.

На этой неделе мы закрываем февральский номер. И тема любви сейчас очень для нашей редакции актуальна. Но пардон и ха-ха, а когда нет? Ну, хорошо. Скажем, особенно, эээээ… назойливо актуальна. Итак, в нашем офисе любовь звонко и оптимистически стучит по клавиатуре, передавая свои послания читательницам в виде романтических фраз и красивых картинок. Знаете, все эти атрибуты любви: сердца, ювелирные подарки, соблазнительное белье… Но на страницах модного журнала, увы, мы не можем говорить об одной важной для любви штуке – честности.

Речь не идет об измене. Лично я считаю, что такого понятия по отношению к другому человеку существовать не может в принципе, поскольку никто никому никогда не принадлежит. По большому счету, единственный человек, которому мы можем изменить – мы сами. А понятием измена попросту подменяют понятие обычной человеческой подлости, которое применимо к отношениям между людьми вообще, не только любовным. Итак, речь идет о честности с самими собой. Я считаю, что мы, украинцы, любим врать. Себе и другим. Нам так выгодно. Потому что страшно.

Возьмем американца Вуди Аллена. Все помнят историю с его приемной дочерью Сун-Йи (вообще-то многие настаивают на том, что почти приемной, потому что Аллен официально не был женат на Мии Фэрроу, но в данной истории это ничего не меняет). Итак, Аллен ушел от Фэрроу и женился на Сун-Йи (с которой живет до сих пор). Скандал? Да. Ужас? Нет. Два взрослых человека решают жить вместе, но по каким-то причинам не вписываются в общественные нормы. У них есть три выхода из ситуации: а) разбежаться; б) жить вместе, наплевав на общественное мнение; в) иметь отношения, скрывая их от всех.

Пункт «в» особенно привлекателен для украинцев. Никакой ответственности за свои действия, никакого уважения к себе и партнеру, крайних нет, как-то оно все само так получилось. Простите, заяц и старец, какая же тут любовь? Сплошные эмоциональные блокировки, проблемы и драмы.

Мой опыт жизни на Западе говорит мне, что там люди предпочитают выходить из отживших свое отношений и все-таки стремятся быть по-настоящему счастливыми. У меня есть знакомый француз, отличный семьянин, который развелся с женой, с которой имел двоих детей, построил новые отношения и тоже «родил» двоих детей. Его бывшая жена в свою очередь родила ребенка с новым мужем. И теперь все они живут счастливо, нянчат по очереди пятерых детей, ездят на каникулы и не парятся. Вся ясно. Все спят спокойно. Все живут с теми, кого любят.

А у нас? Очень интересно наблюдать за цветом нации. Прошлым летом я летела в Канны. И на борту встретила стареющего (или лучше сказать молодящегося?) депутата с девушкой. «Дочка», – подумала я. Но когда «дочка» на эскалаторе начала тереться о «папину» попу, я растерялась. Не потому, что я против большой разницы в возрасте. А потому, что депутат женат. Я очень надеюсь, что его жена в курсе и сама развлекается с каким-нибудь красавцем. Но если она – увядающая дама предклимактерического возраста, которая после того, как дети выросли, попросту не знает, что делать со своей жизнью? Если она, дожив до седин, так и не научилась себя ценить и уважать и боится потерять мужа как единственный источник дохода в старости? Такие женщины несчастны и выглядят как пустые антикварные сахарницы. И что такого не может с ней делать муж из того, что он может делать с любовницей?

Тут мне на ум приходит диалог из фильма «Анализируй это». Психоаналитик (Билли Кристал) спрашивает мафиози (Роберта де Ниро):
– Зачем вам любовница? У вас ведь есть жена.
– Но есть вещи, которые я не могу делать с женой.
– Какие?
– Например, минет.
– А почему ваша жена не может делать вам минет?
– Да вы что?!! Она же этими губами целует наших детей на ночь!!!

Смешно. Но что заставляет жену депутата оставаться с мужем? Страх. Что заставляет молодую девушку спать с женатым стареющим мужчиной? Корысть, любопытство, тщеславие. А еще низкая самооценка, потому что уже с молодости она низводит себя до товара, который со временем теряет привлекательные характеристики и превращается в... ? Правильно, в стареющую неудовлетворенную жену, оболочку той женщины, которая родилась, чтобы быть счастливой. Я очень надеюсь, что победит любовь, и депутат открыто будет жить с девушкой. Но что-то в новостях ничего не слышно.

Я вспоминаю, как на одном мероприятии наблюдала такую картину. Известная киевская «невеста», многодетная мать, внимала словам местного политика низкого пошиба. Я, собственно, обратила внимание на пару, услышав его грубые фразы и какой-то уголовный сленг. В ресторане этот человек был неуместен в принципе. Но красавица притворялась, что слушает его, пыталась даже высказать собственное мнение, но тут же была грубо прервана на полуслове. А если бы эта женщина была честна с собой? Возможно, у нее даже не было бы такого количества детей. Теперь, вполне вероятно, она чувствует себя загнанной в угол. Надо кормить потомство. Но кто виноват в этом ее положении? Она сама. И пока она врала себе и превращала себя в товар, наблюдающие за процессом мужчины рукоплескали. И как стало возможным, что женщины стали воспринимать мужчин исключительно в качестве «инвесторов»? Словом, «не спрашивай по ком звонит колокол, он звонит по тебе».

Думаю, что честность начинается с того, что спрашиваешь себя: «Чего ты хочешь?», а потом, внимательно выслушав ответ, действуешь, как чувствуешь. Иногда ответ может быть неудобным, требующим больших перемен. Но по-другому нельзя. В противном случае возникают лживые, болезненные отношения, в которых два взрослых человека используют друг друга, манипулируют, притворяются и зависят друг от друга… Когда мне сложно принять честное решение, я смотрю на свои детские фотографии и спрашиваю себя: «Ты этого хочешь?» Как ни странно, девочка на снимке всегда дает мне более взрослые ответы, чем могла бы дать я. И она еще ни разу не ошиблась.

Накануне Нового года я буду обращаться не к Деду Морозу, а к зайцу и старцу. «Дорогие заяц и старец, пожалуйста, учтите, что в нашем быстро меняющемся мире мужчина и женщина не всегда могут прожить в истинной любви до старости. Дайте возможность большим мальчикам и девочкам самим держать свою нитку. Пусть у нас будет выбор, с кем мы хотим связать свою жизнь и когда, без страха, чувства вины за свои желания и с полной ответственностью за последствия такого решения. Дайте нам мудрость отделить любовь от привычки. Помогите нам поверить в то, что мы достойны быть счастливыми и свободными, и что все и всегда в наших руках».

P.S. Только что вспомнила смешной диалог, который произошел в сауне одного из киевских спортклубов. Женщина беспокоилась о том, что сын не хочет жениться.
Женщина: Не хочет жениться и все тут!
Подруги: Да пусть еще погуляет!
Женщина: Пусть погуляет… (пауза)… с вашими дочками.
Подруги: (молчание).

Мнений 44

Новогодняя

Главный редактор журнала Harper's Bazaar-Украина Наталья Гузенко готовится к рождественским каникулам в Неаполе.

 В понедельник 14 декабря получила открытку «С Новым годом» от Bottega Veneta. Season's greetings, написанные золотыми чернилами. Как ни странно, но поздравления из Италии оказались первой ласточкой или, лучше сказать, снежинкой в круговерти праздничных открыток. Повесила перед собой. Все. Это официально. Наступает 2010 год.

Еще с утра думала писать о том, что у каждого человека должен быть свой exit plan. Это когда вам за сорок, и вы отходите от дел и живете где-нибудь на проценты на яхте или в Бразилии (туда нам, кстати, теперь можно без визы) в свое удовольствие. А тут получила открытку и поняла: «Нет, молодая я еще. Хочу быть в эпицентре событий. Устала просто».

Уже неделю живу мыслью, что 30 декабря сяду в самолет и улечу в Неаполь. Там меня будет ждать приятель со студенческих времен. И для него я – «подружка-хохотушка». «Бери побольше кэжуала и спортивной одежды», – пишет он мне. А то! Carissimo, я на новогодней пати в Калабрии и не подумаю взгромоздиться на «лубутены».

После нашей вечеринки мы, сотрудницы редакции Harper's Bazaar, не сговариваясь все как одна пришли на работу в мегауютной одежде. На Нине Диренко обнаружили мужской кардиган, который где-то блошином рынке нашел Саша Каневский, потом его носил «еще какой-то парень», затем он перешел к Боре Степаненко из Zhiguli, а сегодня, позаимствовав у Бори, его надела Нина.

Кардиган этот связан чьими-то любящими руками, а на лейбле (мы подозреваем, что и он – handmade) написано «for my boyfriend». Кардиган похож на любимого мишку, весь такой поюзанный, нитки висят, но такой теплый, такой классный. «Кто же это его смог отдать в секонд?» – возмутились мы. «Бойфренд!» – сами же и ответили. Посмеялись, жестокосердного бойфренда осудили... Зато Нине теперь тепло. Я сама сижу и кутаюсь в теплый шарф Loro Piana. Тоже подарок. Тоже с любовью.

Кто бы сегодня ни приходил к нам в офис, уходя, надевая пальто, шубы и шапки, оборачивая шарфы вокруг шей, все сетовали: «Боже, как не хочется выходить на холод!» Снег, мороз, первая открытка, накопившийся стресс... У меня создается ощущение, что накануне Нового года время хоть и ускоряется из-за предпраздничной кутерьмы, начинает замедляться. Какая-то деловая шестеренка перестает крутиться, и каждый человек реализует свой микро-exit plan. Не всегда осознанно. Например, три московских фотографа, с которыми мы намеревались работать, не выдержали холода и стресса, поломали себе что-то, заболели (якобы случайно, но, как известно, «случайность – частная форма закономерности») и теперь (раз работать невозможно) укатили или собираются укатить в теплые края.

Я решила принять тот факт, что батарейка садится. Что через полторы недели мы сдаем февральский номер. И ciao трудовым будням до 10 января. Иду на перезагрузку. Версия 2010. To be continued.

P.S. Всем тем, кто жаждет тепла, посвящается эта веселая версия «Девушки из Ипанемы». Спасибо, Валери-Анн! :)

Мнений 11

Bordello

Главный редактор журнала Harper's Bazaar-Украина Наталья Гузенко прониклась цыганским панковским драйвом Евгения Гудзя и задумалась о высоком...

В субботу ночью меня разорвало «на тысячу маленьких медвежат». Я разлетелась на миллиард маленьких «я», соединилась с коллективным бессознательным, потеряла контроль, стала всем и все стало мною. Это событие запомнится мне навсегда. На афтепати в Sullivan Room я отдалась дикому, необузданному ритму музыки Gogol Bordello. И, уверяю вас, точно встретилась с богом, т.е. с собой.

Нет ничего удивительного в том, что все мы ищем выход в бесконечность: с помощью расширяющих сознание веществ, наслаждаясь «космическим» мигом на пике оргазма или занимаясь дыхательными практиками. Любой психолог скажет – таким образом мы воссоединяемся с Всевышним. Нам всем нужен Бог. Иными словами, raison d'etre, который объяснит, что все мы тут не просто так, что в этом есть какой-то смысл и суета сует – не первостепенное в жизни. Иначе можно сразу покончить с собой.

Версия с бородатым дяденькой наверху, оценивающим наши поступки, уже устарела. Люди сегодня готовы принять большую ответственность за свою жизнь. Мы понемногу отказываемся от раздачи несуществующих долгов обществу и от всевозможных «должно быть». Еще и потому, что понимаем, мы – сущности непостоянные. И заявления вроде «я вот такая, ношу вот это, слушаю только это и ем только так» – не что иное как производные окрепшего эго, которое делает нас однобокими, удобными, предсказуемыми, скучными, мертвыми. А мы-то – ураган, цунами, жизнь!

Если раньше для джетсеттера был важен пункт назначения («я был/была там-то»), то теперь мы жаждем ощущений «в пути» («я испытываю то-то и то-то»). Иметь – out. Быть – in. Жить и чувствовать, как дышать.

Но вот вопрос: если Бог не там, то где? Кажется, всегда в тебе и во мне. И в субботу я поняла, что человечеством найден еще один способ воссоединения с божественным – gipsy punk, который играет Gogol Bordello. Мегаплюс – не нужно ничего «принимать». Может, только воду (пить, в самом деле, будет хотеться немилосердно). Под музыку Gogol Bordello ваш мозг отключится (ура!), вы отдадитесь ритму и ваше тело «проведет» вас в танце к тому, что есть ВСЕ. Ритм этот для нас естественный, никаких манипуляций. Это бит нашего бессознательного, перкуссия сердца, которую каждый младенец еще в утробе матери «записывает» как главную музыку своей жизни.

Года четыре назад я посетила семинар по горловому пению. Под постукивания шамана оленьим копытом о бубен мы вошли в особое состояние и пропевали определенным образом и в определенном порядке гласные. На концерте Gogol Bordello случилось нечто похожее. Колдовство, шаманизм, древнее знание. С чем еще сравнить? Если вы проходили ребефинг, то gipsy punk имеет с ним много общего.

Гордость распирает от того, что Евгений Гудзь – наш соотечественник. Успех у Gogol Bordello по миру ошеломляющий. Уж если с ним спела сама Мадонна!

А начиналось все довольно неожиданно. Юный Женя, проживающий на Оболони, в 1986 году, когда взорвался Чернобыль, был вынужден уехать из Киева в другой город к родственникам. И там, к своему великому удивлению, обнаружил, что он – цыган. С этого открытия и начался его поиск своей идентичности. А заодно и нашей. Как иначе объяснить то, что творится с народом, объединенным чувством любви и свободы, на его концертах? Смешиваются культуры, нации, технологии – так почему же мы сами должны оставаться ограниченными какими-то рамками? Принятие себя любого, и, как следствие, принятие любого другого – что это, если не философия new age?

Когда Гудзя спросили, где он сейчас живет, музыкант ответил: «Мой дом – разделительная линия посреди любого шоссе в любой стране мира». После концерта и моя душа отправилась в путешествие. Я иду за табором!

Madonna + Gogol Bordello = La Isla Bonita 

Lela Pala Tute

Мнений 6

Хо’опонопоно

Главный редактор журнала Harper's Bazaar-Украина Наталья Гузенко работает над собой, чего и желает всем читателям блога.

Есть такой гавайский метод психотерапии – хо’опонопоно. Суть его в том, что, как только вы замечаете, какой-то «непорядок» в других, вы обращаетесь к себе и задаете вопрос: «Что же во мне привлекло такого “плохого” другого? Почему в моей жизни возникла эта ситуация?» И потом, чтобы человек или ситуация изменились к лучшему, произносите рекомендуемые аффирмации. То есть, работая над собой, вы меняете людей и пространство. Таким образом, доктор Хью Лен, практиковавший этот метод, излечивал даже сумасшедших преступников. Представьте, как в два счета, используя хо’опонопоно, можно справиться, например, с вечно сверлящими ваш потолок соседями!

В прошлые выходные, впрочем, сами того не подозревая, я и еще несколько десятков человек работали над собой, меняя реальность в масштабах страны. Мы посетили занятия в «Школе Вкуса» Виктории Андриевской. Все началось с коктейля в Sky Art Café в пятницу. Светское общение, знакомые лица… и много незнакомых. Всем удалось насладиться тем, что называется mix'n'migle. Люди легко шли на контакт друг с другом, и все диалоги, которые завязывались в процессе, были не о погоде, а о вещах глобальных и важных. О качестве жизни, о возвращении Виктории Андриевской на общественную сцену с новым проектом, о том, что происходит в культурном пространстве нашего общества. Мы все предвосхищали нечто особенное.

В субботу в салоне «КонцепТЫ» на Сагайдачного мишленовский шеф из парижского отеля Lancaster готовил для нас утку с грушами и барбарисом. Очень европейское пространство, правильно организованное и освещенное, заполнили правильные люди. В воскресенье же проходило занятие по этикету в отеле «Воздвиженский». Франсуа Пьяцци, управляющий отелем Lancaster, давал нам уроки сервировки стола и светской беседы. Например, я и не подозревала, что пары, которые живут вместе меньше года, за столом никогда не разбивают, а вот тех, кто пересек годовой рубеж, наоборот, рассаживают. Или то, что вилки в Англии и Франции раскладывают по-разному: вверх зубчиками и вниз соответственно. Или что в гости никогда не зовут 13 человек, и если к дюжине случайно присоединится нежданный гость, то на столе во время ужина все время будет находиться пустой 14-й прибор.

Я назвала бы прошедший уикенд «тремя днями, которые изменили мир». Такого единения французов и украинцев история, пожалуй, не видала со времени восхождения Анны, дочери Ярослава Мудрого, на французский престол. Мы все почувствовали себя людьми одной формации. Идеи о том, что еще «можно сделать», рождались и тут же оформлялись в планы. Уроки высокой кухни были только «прикрытием» для тех, кто стремился к другому, не провинциально-постсоветскому, не разудало-нахрапистому и не эпатажно-неудовлетворенному образу жизни. «Мы хотим перестать жаловаться и начать менять ситуацию», – сказала мне на прощание Виктория. Что ж, ей это уже удалось. Вокруг «Школы Вкуса» сформировалась группа единомышленников. Хочется учиться и отдавать. Хочется менять себя, таким образом подавая пример другим. Вот он, метод хо’опонопоно в действии. Посоветовавшая мне его тренер по холодинамике Наташа Шевченко оказалась права. Работает.
 

Мнений 8

Хотеть или не хотеть

Главный редактор журнала Harper's Bazaar-Украина критикует Wanted Design Week и хвалит ТанцLабораториум

Вчера мы с Васей Бондаренко решили «не зря» провести следующие выходные и заняться творчеством. Вася прислал мне настолько классную фотку в «Над номером работали», что и мне захотелось такую же. А еще, пару дней назад, этот щеголь (кстати, его чуть не украли в «Солянке» и не оставили жить в Москве дизайнер Сергей Теплов с друзьями, работающими в фэшн-отделах Cosmo и Vogue), пришел к нам в офис в брюках, кожаной курточке и шарфе очень похожих на те, которые есть у меня. Я была поражена до глубины души: почему это у нас с Васей нет еще совместных фото, если у нас с ним столько общего? Словом, решено – делаем с Васей серию снимков «М+Ж». Шума поднимать не будем. Оставим для себя и для друзей.

Это я плавно перехожу к тому, что не все, что мы делаем, нужно обязательно показывать другим людям. Поделились радостью с друзьями на Facebook – и хватит. В понедельник я попала на открытие Wanted Design Week в «Арсенале». И разочаровалась: ничего не wanted, кроме как уйти. Тот, кто хоть раз побывал – нет, не на выставке современного дизайна, а хотя бы в сувенирном магазине МоМА, – меня поймет. Выставленное на обозрение почтенной публики (я неспроста подобрала именно этот эпитет), к современному дизайну имело мало отношения. Скорее к школьной ярмарке, на которой дети в советское время продавали сделанные своими руками игрушки, а вырученные от продажи деньги направляли, кажется, бедным детям Африки. Единственными интересными экспонатами оказались фонари и подсвечники молодого голландского дизайнера. Но на них висел знак с перечеркнутой ладонью и надпись «руками не трогать». «И не смотреть», – про себя сыронизировала я. Это Виктория Андриевская бросилась бы гладить блестящие поверхности?! Или Федор Возианов – поглаживать шероховатости ржавчины?! Для кого надпись? Да что же это!

Публика и в самом деле пришла почтенная. В «Мистецькому Арсеналі» все wanted увидеть что-то соответствующее уровню строения. Но, увы. Как сказали мне несколько человек: «Пойдем, сделаем еще один круг». С трудом представляю такую фразу в месте, где есть на что посмотреть. А так – помещение большое, смотреть не на что, остается наматывать круги. И еще одна штука – эксплуатация высокой энергетики места и полное отсутствие энергетики мероприятия.

Я не знаю, почему так получилось. Но я покинула выставку с ощущением, что меня держат за сами знаете кого. В сердце поселилось раздражение. Куда идем?

А вот во вторник вечером я пошла на перфоманс «Курбас. Реконструкция», поставленный ТанцLабораториумом. Стало легко и радостно на душе. Качество работы невероятное. Эмоции получила наисильнейшие. Вывод очевиден – очень хочу попасть на новый спектакль 20 декабря. Моя итальянская подруга-театралка сравнила ТанцLабораториум со знаменитым театром атлетического танца Kataklo (kataklo.com). Она меня, собственно, на перфоманс и пригласила. После спектакля мы остались пообщаться с актерами. «О нас не пишут», – горько улыбнувшись, сказала мне Лариса Венедиктова, хореограф-постановщик. Вот пишу. А вас, дорогие джетсеттеры, направляю в правильное место. Летите, птички! Этим людям точно есть что вам показать. Wanted! 

Мнений 6

Вкусное общение

Главный редактор журнала Harper's Bazaar-Украина Наталья Гузенко считает, что еда - это новый секс.

Еда – секс XXI века. Говорят. И пусть. Но после одной домашней вечеринки с блюдами, которые были настолько вкусны, что лишили меня дара речи, я задумалась. В самом деле, что мы выбираем тщательнее: ресторан или партнера? От кого ждем совершенного наслаждения: от шеф-повара или любовника? И на что скорее готовы закрыть глаза: на крем-брюле без хрустящей корочки или на недостаточно страстный поцелуй? В отличие от партнеров, плохая кухня не имеет оправдания.

Позднее утро воскресенья. В холодильнике пусто. Я лениво просматриваю любимые сайты. Одной рукой скролю и щелкаю. В другой держу вегетарианский гамбургер, который любит сама Стелла Маккартни. Этим бесценным кулинарным фэшн-шедевром – незамысловатым и при этом невероятно вкусным – я обзавелась вчера «на дорожку» у арт-фуд-шефа Тома Вулфа на мексиканской вечеринке.

На меня «смотрит» врученный вчера же Томом cupcake, а по-нашему просто кекс, с уложенным на его верхушке завитком зеленого крема и пищевым золотом.

Ах, что это была за еда! Блюда, появлявшиеся на маленьких белых тарелочках, были одно лучше другого. Покончив с горячим шоколадом, я сняла босоножки и станцевала что-то испанское под аккомпанемент гитаристов. Кексы «усадили» меня на диван, и все, что я могла делать, так это наблюдать за танцующей с испанским консулом Джамалой и качать головой. Нет, не в такт музыке, а в ритме своих вкусовых ощущений.

Это был великолепный вечер. Том – мастер своего дела, он готовит изысканно-простые блюда по всему миру для таких старз, как Стелла Маккартни, Дженнифер Лопес, Вивьен Вествуд, Сара Джессика Паркер и Стивен Уэбстер. Кстати, ему настолько понравилась Украина, что он с удовольствием приезжает сюда выполнять частные заказы.

Но то, что впечатлило меня больше чем еда, – это космополитизм, царящий на вечеринке. Иностранцы называют нас «закрытой нацией». У нас слишком много предубеждений, слишком много стереотипов, мы слишком «русские». Быть гражданином мира в Украине крайне сложно, тем более гражданкой. Заводить разговоры «о том, о сем» с незнакомцем, даже если вы находитесь в одной с ним комнате, да еще и на английском, для нас очень сложно. Нередко люди, достигшие чего-то в определенной сфере, до такой степени вживаются в свою важную роль, что не могут расслабиться и «снизойти» до приятной беседы. С ними трудно. Органично они себя чувствуют, пожалуй, только за столом переговоров, общаясь через переводчика. Представители так называемого «невыездного» бомонда тоже зачастую напускают на себя важный вид, а, встречая искренний интерес к своей персоне, не могут связать и двух слов. Жозефина, организатор «Гоголь-феста», рассказала мне о своем наблюдении: «После нескольких минут общения у ваших людей начинает болеть голова. Они просто не знают, что сказать. Это психосоматика».

Я настойчиво продолжаю жить в своей стране. И такие вот вечера для меня – глоток свежего воздуха, идеальная комбинация людей, еды и разговоров, дарящая чувство свободы. Если у вас собирается компания, непременно «введите» в нее пару иностранцев.

Итак, в квартире консула собралось около 20 человек, совершенно разного происхождения. Испанка Ракель, похожая на героиню Альмодовара; Валери-Анн, наследница французской семьи рестораторов и ресторанных критиков; Том, модный британский шеф; Наташа Бобицкая (кстати, в винтажном платье Chanel!), Джамала... That was fun

Хорошая еда способствует душевному общению. Правда. Мама Валери-Анн, приехавшая навестить дочь, за вкуснейшим ужином, состоящим из салата, тыквенного пюре и тушеной курицы со специями, сказала: «Тот, кто ест с аппетитом, редко бывает плохим человеком». Так что если хотите «проверить» нового знакомого, сразу ведите его в ресторан.

Ну, а что до того, заменит ли еда секс уже в этом столетии, то думаю, что в больших городах все-таки потеснит. Многие уже проводят намного больше времени в ресторанах, чем в спальнях. Да и ваш любимый повар в случае чего переживет «измену» и будет только рад, когда вы к нему вернетесь снова. Случится ли такая перемена на нашем веку? Не думаю. Когда я уже уходила с вечеринки, в темной прихожей один из гостей, нисколько не смущаясь, «потребовал», чтобы мы обменялись номерами телефонов. Все-таки среди всего кулинарного великолепия финальным вкусовым аккордом для него стала женщина. Ура!

Мнений 6